Ставка НДФЛ для нераспределенной прибыли прошлых лет

Комментарий к Письму Минфина России от 12 апреля 2012 г. N 03-04-06/3-108

При создании ООО его единоличным участником являлось юридическое лицо. Впоследствии состав участников изменился, и за юрлицом осталась доля участия в УК лишь в размере 5 процентов. Остальные 95 процентов перешли к физлицу. Еще позже юрлицо вышло из состава участников, и единоличным собственником стало физлицо. Можно ли применять ставку НДФЛ в размере 9 процентов в отношении выплат данному физлицу из нераспределенной прибыли прошлых лет на основании его решения о направлении ее на выплату дивидендов?

Для доходов в виде дивидендов Налоговым кодексом предусмотрена особая ставка НДФЛ. При выплате дивидендов налоговому резиденту она составляет 9 процентов, нерезиденту - 15 процентов. Иными словами, речь идет о льготной налоговой ставке, что закономерно придает особое значение правомерности ее применения, причем, в первую очередь, даже не для налогоплательщика, а для российской компании, выплачивающей доход, выступающей в качестве налогового агента (п. п. 1, 2 ст. 226 НК). При этом, казалось бы, незамысловатая задача: раз уж речь идет о дивидендах, то и применение пониженной ставки НДФЛ правомерно. Однако именно с квалификацией выплат в пользу учредителей в качестве дивидендов и могут возникнуть сложности.
Во-первых, для того чтобы выплаты считались дивидендами, они не должны содержать признаков, перечисленных в п. 2 ст. 43 Налогового кодекса. Согласно данной норме не относятся к дивидендам вознаграждения при ликвидации компании в денежной или натуральной форме, не превышающие взноса в уставный капитал, а также выплаты в виде передачи акций этой же организации в собственность.
Во-вторых, решение о распределении прибыли может быть принято акционерным обществом или обществом с ограниченной ответственностью лишь при отсутствии запретов, предусмотренных законодательством. Например, распределять прибыль и выплачивать дивиденды компания не вправе, если стоимость ее чистых активов меньше уставного капитала либо станет меньше его величины в результате такой выплаты. Данное правило установлено как в отношении ООО, так и в отношении АО (ст. 29 Закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ, п. 1 ст. 43 Закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ). Выплаты же, произведенные собственникам в нарушение такового, судьи дивидендами не признают, а стало быть, и применение пониженной ставки НДФЛ неправомерно (Постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 14 сентября 2010 г. по делу N А19-24816/09, ФАС Западно-Сибирского округа от 20 августа 2009 г. N Ф04-3970/2009(9950-А45-27), ФАС Северо-Западного округа от 26 июня 2007 г. по делу N А42-8832/2006).
В-третьих, как указали представители ФНС России в Письме от 19 марта 2009 г. N ШС-22-3/210@, о выплате дивидендов не может быть и речи, если по итогам года фирмой получен убыток. Иными словами, если в данном налоговом периоде между учредителями распределялась промежуточная прибыль, налог с подобных выплат должен быть пересчитан по ставке 13 или 30 процентов.
Ну и наконец, Налоговый кодекс содержит собственное определение дивидендов, следовательно, именно им и необходимо руководствоваться в целях налогообложения. Между тем, если, к примеру, Закон N 14-ФЗ позволяет обществам с ограниченной ответственностью распределять прибыль в любых пропорциях, то ст. 43 Кодекса признает дивидендами только чистую прибыль, распределенную пропорционально доле каждого участника. И даже судьи признают право налоговых инспекторов доначислить НДФЛ по ставке 13 процентов на суммы, которые превысили данный лимит (Определение ВАС РФ от 10 апреля 2008 г. N 4537/08, Постановления ФАС Московского округа от 25 мая 2009 г. N КА-А41/4239-09, ФАС Поволжского округа от 4 декабря 2008 г. по делу N А72-8464/07, ФАС Северо-Западного округа от 12 января 2006 г. N А44-2409/2005-7).
Чиновники же и вовсе настаивают, что вся сумма непропорциональной выплаты должна облагаться НДФЛ по общей ставке (Письмо Минфина России от 11 ноября 2005 г. N 03-05-01-04/353).
При наличии стольких ограничений неудивительно, что вопросы вызывает и ситуация, когда в пользу единственного участника общества распределяется нетронутая до сих пор прибыль прошлых лет, в том числе за периоды, когда сам он еще не входил в состав учредителей вовсе или был не единственным "игроком на поле". Однако как раз в этом случае эксперты Минфина России не нашли препятствий для применений ставки НДФЛ, предусмотренной для дивидендов, о чем и сообщили в комментируемом Письме от 12 апреля 2012 г. N 03-04-06/3-108.

Требование об уплате налога: проблемы «доставки»

Комментарий к Письму Минфина России от 12 апреля 2012 г. N 03-02-07/1-91

В случае направления требования об уплате налога по почте заказным письмом оно считается полученным по истечении шести дней с даты направления заказного письма. Признается ли адресат виновным в неуплате налога, сбора, пени, штрафа в связи неполучением соответствующего требования по вине должностного лица налогового органа или работника почты?

Согласно п. 1 ст. 69 Налогового кодекса требованием об уплате налога признается извещение налогоплательщика о неуплаченной сумме налога, а также об обязанности уплатить ее в установленный срок. В общем случае последний составляет 8 дней, если в самом документе не указан более продолжительный период. Если же в отведенный в требовании срок недоимка налогоплательщиком в добровольном порядке не погашена, налоговики вправе принять решение о принудительном взыскании налога за счет денежных средств на его счетах (ст. 46 НК) или за счет его имущества (ст. 47 НК). Однако, очевидно, что, дабы уложиться в сроки, указанные в данном документе, и добровольно погасить задолженность, налогоплательщик, как минимум, должен его получить.
В соответствии с п. 6 ст. 69 Налогового кодекса требование об уплате налога может быть передано налогоплательщику лично под расписку, направлено по почте заказным письмом или передано в электронном виде по телекоммуникационным каналам связи. Причем в случае направления требования по почте оно считается полученным по истечении шести дней с даты направления заказного письма. Иными словами, не исключена ситуация, когда срок на добровольную уплату налога уже начал свой отсчет, в то время как фактически хозяйствующий субъект требование о его уплате в глаза не видел. Причиной тому может быть как халатность налогового эксперта, так и ненадлежащая работа почтовых служащих. Впрочем, может иметь место и "лукавство" самого адресата. Однако найти виновного, как отметили специалисты Минфина России в комментируемом Письме от 12 апреля 2012 г. N 03-02-07/1-91, труда не составит.
Согласно Правилам оказания услуг почтовой связи, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15 апреля 2005 г. N 221, напомнили чиновники, заказные отправления относятся к регистрируемым, которые принимаются от отправителя с выдачей ему квитанции и вручаются адресату с его распиской в получении. Таким образом, "свалить вину" на ИФНС или почту при наличии у них соответственно квитанции и расписки в получении корреспонденции, не получится. При отсутствии в инспекции подтверждающего документа процедура принудительного взыскания, вполне понятно, так или иначе "захлебнется". Но что если требование утеряно почтой?
Ничтоже сумняшеся, представители Минфина предложили налогоплательщикам в подобной ситуации предъявить оператору почтовой связи претензию, в том числе с требованием о возмещении вреда. Процедура же принудительного взыскания, как дали понять чиновники, в этом случае производится в общем порядке.
Пожалуй, единственное, на что может рассчитывать хозяйствующий субъект в рассматриваемой ситуации, так это что налоговики или уже суд квалифицируют "почтовые проблемы" как обстоятельство, исключающее вину налогоплательщика в неуплате налога. Ведь перечень таковых открыт (пп. 4 п. 1 ст. 111 НК). А отсутствие вины не позволяет привлечь хозяйствующего субъекта к ответственности за совершение налогового правонарушения (п. 2 ст. 109 НК).

Права собственности арендодателя и налоги арендатора

Комментарий к Письму Минфина России от 4 апреля 2012 г. N 03-03-06/1/180

При заключении договора арендодатель не представил копию свидетельства о праве собственности на арендуемое помещение. В тексте договора также нет ссылки на документ, подтверждающий право собственности на объект аренды. Может ли арендатор учесть арендные платежи в расходах по налогу на прибыль и принять к вычету "входной" НДС по ним?

Согласно п. 1 ст. 252 Налогового кодекса к налоговому учету принимаются только обоснованные и документально подтвержденные расходы. При этом под документально подтвержденными затратами понимаются затраты, засвидетельствованные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Соответственно, как указали представители Минфина России в комментируемом Письме от 4 апреля 2012 г. N 03-03-06/1/180, расходы в виде арендных платежей должны быть подтверждены в том числе договором аренды, заключенным в соответствии с Гражданским кодексом. При этом финансисты не стали распространяться относительно того, отвечает ли нормам ГК арендное соглашение, в котором нет ссылки на документ, подтверждающий право собственности на объект аренды, при том, что копию такого арендодатель арендатору также не представил. Однако ранее чиновники уже высказывались по этому поводу весьма определенно, и не раз.
К примеру, в Письме от 1 декабря 2011 г. N 03-03-06/1/791, рассмотрев аналогичную ситуацию, эксперты финансового ведомства напомнили, что согласно ст. 608 Гражданского кодекса арендодателем может быть либо собственник имущества, либо лицо, уполномоченное им или законом сдавать имущество во временное пользование. В силу же ст. 219 ГК право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации. Следовательно, посчитали представители Минфина, в случае отсутствия у правообладателя регистрации права собственности на арендуемое недвижимое имущество арендатор не вправе учитывать арендные платежи по указанному имуществу в составе расходов в целях налогообложения прибыли.
В этом смысле, если в договоре нет ссылки на свидетельство права собственности арендодателя и у арендатора нет на руках копии такового, это еще не значит, что владельцем права собственности не оформлены и расходы на аренду в целях налогового учета следует "забраковать". Однако, очевидно, что арендатору необходимо прояснить этот вопрос, прежде чем включать в расходы арендные платежи.
Впрочем немногочисленная арбитражная практика свидетельствует, что арбитры в данном случае позицию экспертов Минфина не разделяют. Как правило, судьи указывают, что налоговое законодательство не ставит возможность признания в расходах арендных платежей в зависимость от правомерности заключения договора аренды. Главное, чтобы такие затраты были связаны с деятельностью, направленной на извлечение доходов (Постановления ФАС Московского округа от 23 сентября 2010 г. N КА-А40/10960-10-2, ФАС Восточно-Сибирского округа от 16 марта 2006 г. N А19-11764/05-15-Ф02-984/06-С1).
Кроме того, необходимо отметить, что при определенных обстоятельствах как представители Минфина, так и специалисты ФНС, все допускают списание в налоговом учете платежей по договору аренды с собственником, еще не оформившим права собственности. По их мнению, это возможно в том случае, если речь идет об объектах завершенного строительства, принятого государственной приемочной комиссией (Письма Минфина России от 30 августа 2010 г. N 03-03-05/193, ФНС России от 27 августа 2010 г. N ШС-37-3/10187).

Корректировочный счет-фактура при возврате товара

Комментарий к Письму Минфина России от 13 апреля 2012 г. N 03-07-09/34

Вправе ли продавец при возврате покупателем товара выставить корректировочный счет-фактуру и на его основании принять к вычету ранее уплаченный НДС?

Согласно п. 5 ст. 171 Налогового кодекса в случае возврата товара продавец вправе принять к вычету предъявленный покупателю при продаже и уплаченный в бюджет НДС. Для его реализации необходимо одновременное соблюдение следующих условий: в учете проведена корректировка в связи с возвратом, и с момента возврата товара не прошло одного года.
Вместе с тем по общему правилу основанием для вычета НДС является счет-фактура. Причем порядок его выставления в рассматриваемой ситуации с точки зрения представителей Минфина зависит от того, возвращается продукция покупателем до принятия ее на учет или после. В частности, в Письме от 7 марта 2007 г. N 03-07-15/29 чиновники определили следующую схему оформления счетов-фактур.
При возврате товаров, принятых покупателем на учет, основанием для применения вычета НДС продавцом должен служить счет-фактура, выставленный покупателем при отгрузке "отказной" продукции. При возврате товаров, не оприходованных покупателем, вычет производится продавцом на основании счета-фактуры, выставленного им ранее, но с внесенными в него в связи с отказом покупателя от продукции исправлениями на принятие ее обратно на учет. Как указали тогда финансисты, такой порядок предусмотрен Правилами ведения журнала учета полученных и выставленных счетов-фактур, книг покупок и книг продаж, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 2 декабря 2000 г. N 914. При этом Решением от 30 сентября 2008 г. N 11461/08 Высший Арбитражный Суд РФ признал Письмо Минфина России от 7 марта 2007 г. N 03-07-15/29 соответствующим Налоговому кодексу и отказал в признании его недействительным.
Между тем с 1 апреля текущего года в полную силу вступило Постановление Правительства РФ от 26 декабря 2011 г. N 1137 (далее - Постановление N 1137)., которым утверждены новые Правила заполнения (ведения) документов, применяемых при расчетах по НДС. Еще до этой даты, Письмом от 26 марта 2012 г. N 03-07-15/29 эксперты Минфина России сообщили, что Письмо от 7 марта 2007 г. N 03-07-15/29 применению более не подлежит.
Однако по большому счету позиция финансистов при всем при этом не изменилась, о чем и свидетельствует комментируемое Письмо от 13 апреля 2012 г. N 03-07-09/34. Разница заключается лишь в том, что на сегодняшний день на случай изменения стоимости отгруженных товаров в связи с изменением их цены или уточнением количества Налоговым кодексом предусмотрена возможность специального корректировочного счета-фактуры. Именно его, указывают чиновники, и следуют использовать продавцу при возврате покупателем не принятых на учет товаров. При возврате же уже оприходованной продукции, подчеркивают они, корректировочные счета-фактуры не применяются. Иными словами, в подобной ситуации счет-фактуру по-прежнему должен выставлять покупатель. Такой порядок закреплен пп. "а" п. 7 Правил ведения журнала учета полученных и выставленных счетов-фактур, утвержденных Постановлением N 1137.

Постановление о выемке налоговых документов

Налоговикам для того, чтобы произвести выемку у налогоплательщика документов, вполне достаточно наличия у них оснований полагать, что именно такая участь может постигнуть интересующие их бумаги. Но как в соответствующем постановлении должен быть обозначен перечень документов, подлежащих изъятию?

Право налоговиков при проведении контрольных мероприятий производить выемку документов в случае, когда есть достаточные основания полагать, что они будут уничтожены, сокрыты, изменены или заменены, закреплено пп. 3 п. 1 ст. 31 Налогового кодекса. Из содержания данной нормы можно сделать вывод, что изъять документы ревизоры могут и в рамках камеральной проверки, если налогоплательщик отказывается их представить и есть угроза их уничтожения и пр. В свое время подобные разъяснения давал и Минфин России (Письмо ведомства от 7 июня 2006 г. N 03-02-07/1-141). Однако порядок проведения выемки регламентирован ст. 94 Кодекса. Согласно п. 1 данной статьи произвести выемку можно только на основании мотивированного постановления должностного лица, которое проводит выездную проверку. В более позднем Письме от 24 ноября 2008 г. N 03-02-07/1-471 эксперты Минфина России отмечают сей факт, однако прямого вывода о том, что в ходе камеральной проверки выемка невозможна, далее не следует. Нет единства на сей счет и среди судей. Так, часть из них исходит из того, что выемка документов в рамках "камералки" недопустима (Постановления ФАС Северо-Западного округа от 24 июля 2001 г. N А42-2648/01-27, ФАС Московского округа от 27 марта 2006 г., 22 марта 2006 г. N КА-А40/2256-06). Другие занимают ровно противоположную позицию (Постановления ФАС Уральского округа от 1 ноября 2005 г. N Ф09-4928/05-С2, ФАС Восточно-Сибирского округа от 16 декабря 2008 г. N А69-1860/08-8-Ф02-6399/08, ФАС Московского округа от 26 октября 2006 г., 30 октября 2006 г. N КА-А40/10483-06).

Обратите внимание! Индивидуальные предприниматели не могут быть оштрафованы по ст. 120 Налогового кодекса. Субъектами подобного правонарушения являются исключительно организации.

Таким образом, на практике с такой процедурой, как выемка, налогоплательщики могут столкнуться в ходе как выездной проверки, так и камеральной, о чем говорит уже само наличие арбитражной практики.

Что изымаем?

Выемка документов и предметов производится налоговиками для того, чтобы выявить и подтвердить достаточными доказательствами нарушения налогового законодательства. Осуществить ее налоговый орган может в двух случаях. Как уже упоминалось, проводится она на основании мотивированного постановления должностного лица налогового органа, которое осуществляет налоговую проверку. Причем данный документ должен быть утвержден руководителем инспекции или его заместителем (п. 1 ст. 94 НК).
В силу п. 3 ст. 94 Налогового кодекса выемка документов и предметов производится в присутствии понятых и лиц, у которых, собственно говоря, и изымаются бумаги. При этом до начала процедуры инспекторы должны предъявить то самое постановление и разъяснить присутствующим лицам их права и обязанности. Кроме того, согласно п. 4 ст. 94 Кодекса ревизоры должны предложить лицу, у которого производится выемка документов и предметов, выдать их добровольно.
Казалось бы, чтобы налогоплательщик мог откликнуться на такое предложение, как минимум должен быть четко определен перечень документов и предметов, которые подлежат изъятию. Кроме того, согласно п. 5 ст. 94 Налогового кодекса не подлежат изъятию документы и предметы, не имеющие отношения к предмету налоговой проверки, что тоже предполагает некоторую определенность в том, ради каких документов проводится выемка.
Вполне логично при этом было бы указывать перечень подлежащих изъятию бумаг в постановлении о выемке.
Так, форма данного документа утверждена Приказом ФНС России от 31 мая 2007 г. N ММ-3-06/338@ и приведена в Приложении N 7 к нему. Среди прочего она предполагает, что в постановлении должно быть приведено и описание изымаемых предметов и документов. Однако, судя по всему, конкретных реквизитов бумаг ожидать можно далеко не всегда.

Конкретика уместна не всегда

В Письме от 15 марта 2012 г. N АС-4-2/4378 представители ФНС России указали, что в постановлении вовсе не обязательно должны быть указаны конкретные документы. В ст. 94 Налогового кодекса, отметили они, не содержится указания на то, что в мотивированном постановлении должны быть обязательно указаны только конкретные документы. Зато имеется судебная практика, из которой следует: для принятия непопулярного решения о выемке документации достаточно ссылки налогового органа на ряд оснований полагать, что документы, свидетельствующие о совершении правонарушений, могут быть уничтожены, сокрыты, изменены или заменены (см. Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 15 мая 2008 г. по делу N А33-11245/2007).

Обратите внимание! Инспекторы не могут в постановлении о выемке обойтись формальным указанием на наличие оснований для ее производства. Если не перечень конкретных документов, то уж обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик собирается уничтожить, скрыть или подменить их, ревизорам привести необходимо. По крайне мере из этого исходит арбитражная практика (Постановления ФАС Северо-Кавказского округа от 3 ноября 2011 г. по делу N А63-878/2011, ФАС Уральского округа от 25 апреля 2011 г. N Ф09-2131/11-С3, ФАС Поволжского округа от 7 декабря 2011 г. по делу N А12-6776/2011, от 9 июня 2011 г. по делу N А65-23215/2010).

Вместе с тем следует учитывать, что эксперты ФНС говорят лишь о производстве выемки при наличии оснований полагать, что документы будут уничтожены, заменены и пр. Это право налоговиков установлено, как уже упоминалось пп. 3 п. 1 ст. 31 Налогового кодекса, а также п. 14 ст. 89 и п. 8 ст. 94 Кодекса. В частности, чтобы осуществить выемку по данному основанию, проверяющие не обязаны перед таковой направлять налогоплательщику требование о представлении документов (Постановление ФАС Северо-Западного округа от 4 мая 2010 г. по делу N А05-17032/2009).
Другое дело, когда выемка является следствием отказа налогоплательщика предъявить документы, запрошенные у него инспекторами в порядке ст. 93 Налогового кодекса, или непредставления их в установленный срок (п. 4 ст. 93 НК). Во-первых, произвести выемку документов на этом основании налоговики могут только после истечения срока на их представление по соответствующему требованию. Во-вторых, в данном случае изъятию подлежат исключительно бумаги, указанные в неисполненном требовании о представлении документов (Постановление ФАС Поволжского округа от 2 августа 2010 г. по делу N А72-16467/2009).
Особо следует выделить такое основание для проведения выемки, как недостаточность копий документов проверяемого лица (п. 8 ст. 94 НК). В частности, в Постановлении от 26 апреля 2011 г. N 18120/10 Президиум ВАС РФ признал правомерной такую мотивировку производства выемки, указанную в постановлении, как необходимость в оригиналах документов для проведения экспертизы. При этом обоснования наличия угрозы уничтожения или замены бумаг, по мнению судей, не требуется. Достаточно лишь ссылки на сомнения в подлинности документов (или проставленных на них подписей, печатей) и необходимость экспертизы. Вместе с тем представляется, что в этом случае также должен иметься конкретный перечень документов, оригиналы которых нуждаются в экспертизе.

К месту отпуска и обратно за счет работодателя

Один раз в два года отдельная категория сотрудников имеет право "прокатиться" к месту проведения своего отпуска и обратно за счет работодателя. Подобные гарантии предусмотрены Трудовым кодексом для тружеников компаний, которые расположены в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, они также финансируются из федерального бюджета. Постановлением от 9 февраля 2012 г. N 2-П Конституционный Суд РФ расширил перечень работодателей, обязанных реализовывать указанное право работников.

Трудовым кодексом лица, трудящиеся в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, относятся к особой категории работников. Регулированию их труда посвящена отдельная глава Кодекса, которая предусматривает для подобных сотрудников ряд гарантий и компенсаций. Среди прочего ст. 325 ТК установлено право северян на оплату за счет работодателя один раз в два года стоимости проезда к месту отпуска и обратно, а также стоимости провоза багажа весом до 30 килограммов. Кроме того, оплате подлежит стоимость проезда и провоза багажа к месту отдыха работника и обратно для неработающих членов его семьи (правило распространяется на мужа, жену, несовершеннолетних детей, фактически проживающих с сотрудником).
Право на компенсацию таких расходов возникает у сотрудника одновременно с правом на получение ежегодного оплачиваемого отпуска за первый год работы, то есть по истечении шести месяцев его непрерывной работы у данного работодателя (ст. 122 ТК). Однако подобные выплаты являются целевыми и не суммируются в случае, если право на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту отпуска и обратно не было использовано своевременно.
Если к месту отпуска работник и его семья направляются на личном транспорте, то расходы на дорогу компенсируются по наименьшей стоимости проезда кратчайшим путем. При этом следует иметь в виду, что оплате в принципе подлежит только дорога в пределах территории Российской Федерации.
Оплата стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска работника организации, финансируемой из федерального бюджета, и членам его семьи и обратно производится по заявлению работника не позднее чем за три рабочих дня до отъезда в отпуск исходя из примерной стоимости проезда. Окончательный расчет производится по возвращении из отпуска на основании предоставленных билетов или других документов.
Для получения денежных средств сотруднику необходимо написать соответствующее заявление не позднее чем за три дня до отъезда в отпуск. Работодатель выплачивает ему сумму, определенную исходя из примерной стоимости проезда. Окончательный расчет производится по возвращении с отдыха на основании предоставленных билетов или других документов.
Конкретный порядок компенсации рассматриваемых расходов устанавливается правительством. Соответствующие Правила утверждены Постановлением Кабмина от 12 июня 2008 г. N 455.
Однако в силу прямого указания ст. 325 Трудового кодекса порядок оплаты стоимости проезда, прописанный в ней, рассчитан лишь на работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях и финансируемых из федерального бюджета. Аналогичным образом только для данной категории хозяйствующих субъектов предназначены и утвержденные правительством Правила.
Что касается порядка оплаты проезда работников организаций, финансируемых из регионального или местного бюджета, то размер, условия и порядок компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту отпуска и обратно регламентируется соответственно властями субъекта РФ и органами местного самоуправления. В отношении сотрудников, трудящихся у работодателей, не относящихся к бюджетной сфере, предусмотрено, что размер условия и порядок возмещения рассматриваемых затрат устанавливается коллективными договорами, локальными нормативными актами, трудовыми договорами (ч. 8 ст. 325 ТК).

К сведению! Гарантии и компенсации, предусмотренные ст. 325 Трудового кодекса, предоставляются только по основному месту работы сотрудника.

Таким образом, нормы ст. 325 Трудового кодекса как будто и не принуждают работодателей, не финансируемых из бюджета, оплачивать работникам-северянам проезд к месту отпуска и обратно. Взять на себя подобную обязанность они могут лишь добровольно - прописав соответствующие положения в коллективном, трудовом договоре и пр. По крайней мере именно такое толкование получила ч. 8 ст. 325 Трудового кодекса на практике. Однако в Постановлении от 9 февраля 2012 г. N 2-П Конституционный Суд РФ признал его неверным.

Защитить, но не освободить

Итак, в КС РФ обратилась работница коммерческой организации, расположенной на Крайнем Севере, которой в двух судебных инстанциях отказали во взыскании с работодателя расходов на оплату стоимости проезда к месту отпуска и обратно. Судьи единодушно пришли к выводу, что раз работодатель к бюджетной сфере не относится, а размер, условия и порядок компенсации соответствующих расходов не установлены ни в локальных нормативных актах, ни в коллективном договоре, ни в трудовом договоре с истицей, то ничего возмещать он и не обязан. Ознакомившись с таким решением, сотрудница посчитала, что корень бед кроется в положениях ч. 8 ст. 325 Трудового кодекса. В силу своей неопределенности, по мнению истицы, она позволяет работодателям, не относящимся к бюджетной сфере, не предусматривать в коллективных договорах, локальных нормативных актах, трудовых договорах (а значит, и не выплачивать работникам) рассматриваемую компенсацию. Между тем такое положение вещей ставит их в неравное положение по сравнению с сотрудниками организаций, финансируемых из соответствующего бюджета, а потому противоречит Конституции. Часть 8 ст. 325 Трудового кодекса представители КС РФ не соответствующей Конституции не признали, но...
Как указали хранители Конституции, коммерческие организации, работающие в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, обязаны устанавливать в коллективных или трудовых договорах либо в локальных нормативных актах размер, условия и порядок выплаты компенсации стоимости проезда в отпуск и обратно на территории РФ один раз в два года. В частности, напомнили они, диверсификация порядка установления размера и условий предоставления гарантий и компенсаций работникам Крайнего Севера, в зависимости от источников финансирования работодателя, была обусловлена переходом к рыночным моделям организации экономики. Проще говоря, она основывается на объективно существующих различиях между организациями, финансируемыми из бюджета, которые гарантированно и заблаговременно обеспечиваются денежными средствами, и работодателями, не относящимися к бюджетной сфере, чье финансовое положение напрямую зависит от результатов экономической деятельности либо от имущественного положения собственника. Таким образом, вводя ныне действующий правовой механизм определения размера, условий и порядка компенсации расходов на оплату стоимости проезда к месту отпуска и обратно работодателями-небюджетниками, законодатель преследовал цель лишь защитить их от непосильного бремени, но не освободить от такового вовсе. Так, буквальное прочтение ч. 8 ст. 325 Трудового кодекса, посчитали представители КС РФ, требует от работодателя определения размера, условий и порядка компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту отдыха и обратно. Причем таковые должны соответствовать целевому назначению этой компенсации. Иными словами, работодатель обязан выплачивать компенсацию как минимум в сумме, позволяющей работникам выехать на период отпуска за пределы районов Крайнего Севера.

Сопоставимые условия расходов по кредиту

Налогоплательщик вправе учесть при налогообложении прибыли лишь ограниченную сумму процентов, начисленных по кредиту или займу. При этом основной способ определения предельной величины процентов, которая может быть признана в налоговом учете, предполагает, что исходить нужно из среднего уровня процентов, взимаемых по долговым обязательствам, выданным на сопоставимых условиях. Вопрос в том, сопоставимость каких займов и кредитов следует принимать во внимание - привлеченных самим налогоплательщиком или выданных его кредитором?

Подпункт 2 п. 1 ст. 265 Налогового кодекса позволяет плательщикам налога на прибыль учитывать расходы в виде процентов по долговым обязательствам в составе внереализационных расходов, но лишь с учетом положений ст. 269 Кодекса. Согласно последней принимать в уменьшение налоговой базы подобные расходы допустимо только в пределах определенных норм. Причем лимит в данном случае является величиной расчетной и определяется на каждую дату признания соответствующих затрат. Чтобы определить максимальную величину процентов, учитываемую при налогообложении прибыли, в распоряжении налогоплательщика есть два способа. Исчислить ее можно:
- по среднему уровню процентов, начисленных по долговым обязательствам, полученных в том же квартале (месяце) на сопоставимых условиях;
- исходя из ставки рефинансирования Банка России с учетом специального коэффициента, устанавливаемого отдельно для рублевых и валютных займов.
Согласно ст. 269 Налогового кодекса второй из указанных методов применяется при отсутствии сопоставимых долговых обязательств, а также по выбору налогоплательщика. Таким образом, основным способом, который применяется по умолчанию, казалось бы, следует считать как раз основанный на среднем уровне процентов по сравнимым кредитам и займам. Однако, как указывают финансисты, реализовать выбор любого из приведенных методов необходимо, зафиксировав его в учетной политике для целей налогообложения (ст. 313 НК). Если данный документ подобных сведений не содержит, то определять предельную величину процентов, учитываемую в расходах, по мнению чиновников, организации должны, исходя из ставки рефинансирования (Письмо Минфина России от 19 июня 2009 г. N 03-03-06/1/414). Впрочем, возможно, подобные выводы обусловлены лишь тем, что для применения "сопоставимого" метода налогоплательщику еще необходимо разработать порядок оценки критериев сопоставимости займов, которые также должны быть отражены в учетной политике (Письмо Минфина России от 17 декабря 2008 г. N 03-03-06/1/694). Для расчета же максимальной суммы процентов исходя из ставки рефинансирования вполне достаточно норм, прописанных в Налоговом кодексе.
Так или иначе, избранный вариант расчета организация должна применять в течение всего года по отношению ко всем полученным долговым обязательствам (Письмо Минфина России от 2 апреля 2010 г. N 03-03-06/2/66).

Сопоставление в деталях

Из положений абз. 2 п. 1 ст. 269 Налогового кодекса следует, что долговые обязательства признаются сопоставимыми, если они выданы в одной валюте, на те же сроки, в сопоставимых объемах и под аналогичные обеспечения.
Причем речь идет именно об одновременном соблюдении всех перечисленных критериев (Письма Минфина России от 27 апреля 2010 г. N 03-03-05/92, от 19 мая 2009 г. N 3-2-13/74, УФНС России по г. Москве от 30 сентября 2010 г. N 16-15/102334@).
При этом хотя Налоговый кодекс и не выдвигает иных критериев сопоставимости обязательств помимо указанных, по мнению финансистов, налогоплательщикам все же необходимо учитывать еще один - категорию кредиторов, от которых получены кредиты или займы. Так, чиновники не признают сопоставимыми долговые обязательства перед физическими лицами и перед организациями (Письма Минфина России от 2 июня 2010 г. N 03-03-06/2/104, от 5 мая 2010 г. N 03-03-06/2/83, от 21 апреля 2009 г. N 03-03-06/1/268, Письмо УФНС России по г. Москве от 30 сентября 2010 г. N 16-15/102334@). А вот тот факт, кем является заимодавец - банком или некредитной организацией, с точки зрения финансистов, значения не имеет (Письмо Минфина России от 11 декабря 2007 г. N 03-03-06/1/850).
Вместе с тем прежде чем переходить к сравнению долговых обязательств, следует определиться, какие из них в принципе необходимо проверять на сопоставимость.

Объект сопоставления

Формулировка п. 1 ст. 269 Налогового кодекса, по сути, при определении среднего уровня процентов по сопоставимым займам предписывает учитывать именно выданные долговые обязательства. В этой связи в арбитражной практике присутствует немало решений, согласно которым как сопоставимые рассматриваются те обязательства, которые в том же квартале выдал кредитор налогоплательщика не только ему, но и другим российским организациям (Постановления ФАС Уральского округа от 26 мая 2011 г. N Ф09-1692/11-С2, ФАС Центрального округа от 24 ноября 2009 г. по делу N А62-6758/2008, ФАС Поволжского округа от 14 апреля 2011 г. по делу N А65-5376/2010).
Однако финансовое ведомство долгое время настаивало, что на сопоставимость могут проверяться только те кредиты и займы, которые получены самим налогоплательщиком от всех своих кредиторов в течение отчетного периода (Письма Минфина России от 19 октября 2009 г. N 03-03-06/1/673, от 19 июня 2009 г. N 03-03-06/1/414). Аналогичный вывод содержится в Письме УФНС России по г. Москве от 30 сентября 2010 г. N 16-15/102334@. Причем некоторые арбитражные суды также разделяют такой подход (Постановление ФАС Уральского округа от 16 июля 2009 г. N Ф09-4885/09-С3).
Впрочем справедливости ради необходимо отметить, что в последних своих разъяснениях специалисты Минфина все же указали, что при наличии соответствующей информации для расчета предельных сумм процентов налогоплательщик может оценивать сопоставимость как привлеченных им самим займов (кредитов), так и займов (кредитов), выданных кредитором (кредиторами) другим российским организациям в том же отчетном периоде, (Письма от 21 ноября 2011 г. N 03-03-06/1/770, от 27 апреля 2010 г. N 03-03-05/92). Однако само наличие арбитражной практики говорит о том, что налоговики не спешат взять на вооружение данную позицию. Впрочем не исключено, что к этому их сподвигнет Постановление ВАС РФ от 17 января 2012 г. N 9898/11.
Как отметили высшие судьи, ст. 269 НК, регулирующая учет процентов по долговым обязательствам, не содержит указания на то, что сравнивать между собой нужно исключительно обязательства самого налогоплательщика-заемщика. Цель данной нормы - исключить учет процентов за пользование займом для целей налогообложения в сумме, превышающей рыночный размер. Ведь именно в этой части плата за пользование денежными средствами не может быть признана в качестве экономически обоснованных расходов. Между тем без анализа условий кредитов, выданных заемщиком в том же квартале, определить предельную величину процентов для целей налогообложения прибыли нельзя.
Кроме того, подчеркнули арбитры, противоположный подход, основанный на сравнении на предмет сопоставимости условий нескольких долговых обязательств самого общества, приводит к невозможности применения рассматриваемого метода при наличии у налогоплательщика по итогам квартала только одного кредитного обязательства. Однако по смыслу ст. 269 Кодекса именно данный способ определения предельной величины процентов, основанный на сравнении обязательства налогоплательщика с сопоставимыми долговыми обязательствами, является основным, указали представители ВАС РФ.

Когда с отпускных необходимо перечислить в бюджет НДФЛ

Сегодня многие операторы предлагают разнообразные туры на любое время года и, что называется, на любой вкус. Однако настоящий сезон отпусков все же приходится на лето. Благо в этом году Президиум ВАС РФ заблаговременно разрешил спор, когда же с отпускных необходимо перечислить в бюджет НДФЛ.

Право сотрудника на ежегодный отпуск с сохранением должности и среднего заработка закреплено ст. 114 Трудового кодекса. Сумма, причитающаяся сотруднику за время отдыха, рассчитывается в порядке ст. 139 Кодекса и Положения, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. N 922, и на основании п. 1 ст. 210 Налогового кодекса облагается НДФЛ в общем порядке. Соответственно, работодатель как налоговый агент должен с выплаченных отпускных данный налог исчислить, удержать и перечислить в бюджет.
Удержать НДФЛ необходимо со всей суммы отпускных при их выплате (п. 4 ст. 226 НК). По общему правилу датой фактического получения дохода физлицом является дата его выплаты (пп. 1 п. 1 ст. 223 НК). Исключением являются доходы, которые относятся к оплате труда. Для них п. 2 ст. 223 Налогового кодекса установлен свой срок - последний день месяца, за который эти доходы начислены.
Таким образом, в зависимости от того, как квалифицировать отпускные - как доходы в виде оплаты труда или как иные выплаты, момент получения работником данного дохода может определяться по-разному. Между тем именно от него зависит и час "икс" для перечисления НДФЛ с отпускных в бюджет. Ведь если доход еще не получен, то и перечислять с него налог оснований нет.

Иные выплаты или оплата труда

Чиновники в рассматриваемом случае настаивают, что поскольку отпуск - время отдыха работника, в течение которого он не исполняет свои трудовые обязанности, то отпускные не являются выплатой за выполнение таковых. Иными словами, оснований квалифицировать их как доход физлица в виде оплаты труда нет. В свою очередь, это означает, что дату их фактического получения в целях НДФЛ следует определять в порядке пп. 1 п. 1 ст. 223 Налогового кодекса, то есть как день выплаты (Письма Минфина России от 6 марта 2008 г. N 03-04-06-01/49, ФНС России от 10 апреля 2009 г. N 3-5-04/407@).
Следовательно, и налог с отпускных необходимо перечислять в бюджет в следующие сроки:
- в день перечисления денег на счет в банке (или по заявлению работника на счет третьего лица);
- в день получения средств в банке на выплату отпускных, если они выдаются работнику из кассы;
- в день получения работником денег или на следующий за ним день, если отпускные выплачиваются из кассы за счет имеющихся там наличных.
Поддерживают такую позицию и некоторые судьи (Постановления ФАС Северо-Западного округа от 20 февраля 2008 г. по делу N А05-5345/2007; ФАС Центрального округа от 9 ноября 2007 г. по делу N А14-16375-2006/581/28).
Однако в арбитражной практике присутствуют и решения, в которых содержатся противоположные выводы. Выплата среднего заработка за время отпуска, указывают арбитры, относится к заработной плате. В частности, сроки его выплаты определены ст. 136 Трудового кодекса, которая посвящена правилам выплаты заработной платы. Если же считать отпускные доходом работника в виде оплаты труда, фактической датой его получения, как уже упоминалось, является последний день месяца, за который они начислены. При таких обстоятельствах, резюмируют судьи, перечислять НДФЛ с отпускных нужно в последний день месяца, в котором они выплачены. В частности, такая позиция приведена в Постановлениях ФАС Западно-Сибирского округа от 29 декабря 2009 г. по делу N А46-11967/2009, ФАС Северо-Западного округа от 13 марта 2008 г. по делу N А56-17909/2007, ФАС Уральского округа от 5 августа 2010 г. N Ф09-9955/09-С3 и др.
К слову сказать, именно отсутствие единообразия при рассмотрении арбитражными судами споров о порядке удержания НДФЛ с отпускных, выплаченных работнику, и стало причиной, по которой тройка судей решила передать дело N А68-14429/2009 в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора.

Дела судебные

Итак, отправной точкой для рассматриваемого спора налогоплательщика и налоговой инспекции послужила выездная проверка. Одним из эпизодов, по которому стороны не сошлись во мнениях, стало начисление ревизорами пени за несвоевременную уплату компанией НДФЛ с отпускных выплат работникам. Налог организация уплачивала в последний день месяца, в котором перечислялись отпускные.
По рассматриваемому эпизоду налогоплательщик нашел поддержку в первой и апелляционной судебных инстанциях. Однако ФАС Центрального округа в этой части предыдущие решения судей отменил. Дата фактического получения дохода в виде оплаты отпуска, посчитали судьи, должна определяться как день выплаты этого дохода, в том числе его перечисления на счета налогоплательщика в банках.
Так, указали арбитры, оплата отпуска, несмотря на то что она связана с трудовыми отношениями налогоплательщика с налоговым агентом, имеет иную (отличную от заработной платы) природу, поскольку фактически в это время работник свободен от исполнения трудовых обязанностей. Следовательно, перечисление налога на доходы физических лиц, удержанного с сумм оплаты отпуска, не может производиться с учетом положений п. 2 ст. 223 Кодекса.
И хотя логику судей кассационной инстанции представители Президиума ВАС РФ не разделили, выводы, сделанные арбитрами ФАС Центрального округа, они вполне поддержали.

Последнее слово

Президиум ВАС РФ посчитал, что оплата отпуска относится как раз к доходу в виде оплаты труда. Как указали судьи, это подтверждается положениями ст. 136 Трудового кодекса, которая определяет порядок, место и сроки выплаты как заработной платы, так и отпускных, а также нормами ст. 139 Кодекса, устанавливающей правила исчисления среднего дневного заработка для оплаты отпусков. Все эти положения, отметили арбитры, содержатся в гл. 21 "Заработная плата" Трудового кодекса.
Вместе с тем тот факт, что оплата отпуска относится к доходу в виде оплаты труда, по мнению представителей ВАС РФ, отнюдь не означает, что дата перечисления НДФЛ с такого дохода должна определяться по правилам п. 2 ст. 223 Налогового кодекса.
Предусмотренный данной нормой специальный порядок определения даты фактического получения дохода, пояснили судьи, вызван тем, что в соответствии со ст. 136 Трудового кодекса заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. В то же время согласно п. 3 ст. 226 Налогового кодекса исчисление НДФЛ производится налоговыми агентами нарастающим итогом с начала года по итогам каждого месяца. Следовательно, до истечения месяца нельзя определить полученный доход в виде оплаты труда за месяц и исчислить налог, подлежащий удержанию и перечислению в бюджет, при выплате заработной платы за первую половину месяца.
Между тем в силу ст. ст. 114 и 136 Трудового кодекса оплата отпуска производится не позднее чем за три дня до его начала. Поэтому при определении дохода в виде оплаты отпуска с целью исчисления НДФЛ не имеет значения размер других доходов, полученных в течение соответствующего месяца. Следовательно, перечислять налог в бюджет в данном случае следует уже при их выплате (Постановление ВАС РФ от 7 февраля 2012 г. N 11709/11).

Право подписи в акте по итогам налоговой проверки

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является безусловным основанием для отмены решения, принятого налоговиками по ее итогам. В этом смысле в свое время Президиум ВАС РФ пришел к выводу, что обращать внимание следует, в частности, и на то, кем подписаны документы, которые оформляются по результатам ревизии. Однако на практике оказалось, что в некоторых случаях замена лиц в акте, составленном по итогам проверки, налогоплательщику на руку не сыграет.

В силу п. 14 ст. 101 Налогового кодекса нарушение ревизорами существенных условий процедуры рассмотрения материалов проверки служит безоговорочным основанием для отмены принятого ими по итогам ревизии решения вышестоящим налоговым органом или судом. Правда, напрямую к таковым Кодекс относит только неоповещение о дате и месте рассмотрения материалов проверки. В том числе речь идет и о ситуации, когда налогоплательщика не удосужились пригласить для изучения сведений, полученных с помощью мероприятий дополнительного контроля (п. п. 1, 2 ст. 101 НК).
В остальном же в Налоговом кодексе лишь оговаривается, что основаниями для отмены решения инспекторов могут являться и иные нарушения процедуры рассмотрения материалов проверки, если они привели или могли привести к принятию руководителем ИФНС (его замом) неправомерного вердикта. В свое время в Постановлении от 29 сентября 2010 г. N 4903/10 одним из таковых Президиум ВАС РФ признал тот факт, что решение, вынесенное налоговиками по итогам проверки, подписано должностным лицом инспекции, которое не участвовало в рассмотрении материалов проверки.

Звенья одной цепи

Как указали судьи, процедура рассмотрения материалов проверки и вынесения итогового решения предполагает, что все ее этапы проводятся одним должностным лицом - руководителем инспекции, проводившей ревизию, или его замом. Так, согласно п. 1 ст. 101 Налогового кодекса руководителем ИФНС или его заместителем рассматриваются акт налоговой проверки и другие материалы ревизии, в том числе те, что получены в ходе дополнительных мероприятий контроля, а также представленные налогоплательщиком письменные возражения. При этом непосредственно перед процедурой один из них обязан (п. 3 ст. 101 НК):
- объявить, кто анализирует дело и о материалах какой ревизии идет речь;
- установить факт присутствия всех приглашенных, а в случае неявки участников производства удостовериться, все ли извещены должным образом, и исходя из этого принять решение о проведении процедуры без "прогульщиков" или об отложении рассмотрения;
- в случае участия представителя налогоплательщика, в отношении которого проводилась проверка, проверить его полномочия;
- разъяснить лицам, участвующим в процедуре, их права и обязанности.
При этом в силу п. 5 ст. 101 Кодекса именно в ходе рассмотрения материалов проверки устанавливается, нарушил ли проверяемый налоговое законодательство и как это отражено в акте, а также имеются ли при этом состав налогового правонарушения, обстоятельства, которые исключают вину проверяемого либо смягчают ответственность за несоблюдение налогового законодательства. Эти выводы и ложатся в основу итогового решения по результатам проверки о привлечении налогоплательщика к ответственности или об отказе от такового. Выносится оно опять же руководителем инспекции или его замом по истечении 10 дней с момента истечения срока на представление налогоплательщиком возражений по акту проверки (п. п. 1, 7 ст. 101 НК).
Между тем в рассматриваемом деле, отметили арбитры, акт и материалы ревизии были предметом исследования замначальника ИФНС. Однако итоговый вердикт вынесен (подписан) главой инспекции, не принимавшим участия в рассмотрении сведений, собранных проверкой. Тем самым у налогоплательщика просто не было возможности представить свои возражения и замечания непосредственно лицу, вынесшему окончательное решение. При этом тот факт, что его представители присутствовали на рассмотрении материалов проверки, проведенной замначальника инспекции, теряет свою значимость, поскольку никакого итогового решения при этом вынесено не было. В такой ситуации, признали судьи, речь идет не о чем ином, как о существенном нарушении процедуры рассмотрения материалов проверки и прав организации. На этом основании представители Президиума ВАС РФ и отменили принятое налоговиками по итогам ревизии решение.
Однако не стоит рассматривать как аналогичный случай ситуацию, когда акт налоговой проверки подписан лицом, не указанным в решении о проведении выездной ревизии. Подобный "казус" вовсе не является нарушением существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, а значит, и не влечет безусловного признания судом соответствующего решения инспекции недействительным. К такому выводу опять же пришел Президиум ВАС РФ уже в Постановлении от 24 января 2012 г. N 12181/11.

Акт - не итоговое решение

Суть спора такова. Инспектор, который проводил проверку общества, уволился. В связи с этим начальником отдела выездных проверок было издано распоряжение о замене проверяющего лица. Соответственно, это лицо и поставило свой автограф в акте, составленном по результатам проверки.
Справедливости ради необходимо отметить, что налогоплательщик, которого ревизоры поймали на контактах с "однодневками", оспаривал итоговое решение контролеров по данной ревизии исключительно по существу. Однако суд апелляционной инстанции усмотрел в данном деле нарушение налоговиками существенное нарушение условий процедуры рассмотрения проверки, на основании чего решение первой судебной инстанции было отменено, а решение инспекции признано недействительным. Более того, его доводы были поддержаны и кассацией. Составление и подписание акта налоговой проверки лицом, отметили судьи, не указанным в решении о проведении выездной проверки, в отношении которого не внесены соответствующие изменения в такое решение, является нарушением существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки. А значит, есть все основания для признания решения инспекции недействительным как не соответствующего налоговому законодательству и нарушающего права и законные интересы налогоплательщика.
Вместе с тем тройка судей ВАС РФ в Определении от 11 ноября 2011 г. N ВАС-12181/11 выразила иное мнение. Они напомнили, что к нарушениям существенных условий процедуры рассмотрения материалов проверки относится необеспечение возможности налогоплательщика участвовать в таковой и представлять объяснения. В рассматриваемом же деле в решении о привлечении компании к ответственности отражены приводимые обществом возражения по акту налоговой проверки и результаты их анализа. Так что, в чем конкретно выразилось нарушение прав налогоплательщика в данном случае, осталось "за кадром". По мнению "высших" судей, то, что инспекция в решении о назначении проверки не отразила замену уволившегося инспектора, может указывать на нарушение требований внутреннего регламента ФНС. Но это вовсе не свидетельствует о нарушении существенных прав проверяемого налогоплательщика. Аналогичным образом рассудил и Президиум ВАС РФ.

Индивидуальный предприниматель – налоговый агент по НДФЛ

Комментарий к Письму Минфина России от 16 апреля 2012 г. N 03-04-05/8-511

Является ли индивидуальный предприниматель приобретающий товары на продажу или переработку у физических лиц по договорам купли-продажи, а также по договорам комиссии, налоговым агентом по НДФЛ в отношении при оплате таких товаров?

По смыслу п. п. 1 и 2 ст. 226 Налогового кодекса фирма или индивидуальный предприниматель признаются налоговым агентом по НДФЛ в отношении всех доходов физлиц, источником которых они служат. Исключение предусмотрено лишь в отношении доходов, перечисленных в ст. ст. 214.1, 227 и 228 Кодекса. В частности, ст. 228 Кодекса посвящена ситуациям, когда обязанности по исчислению и уплате НДФЛ налогоплательщики должны исполнять самостоятельно. Среди прочего к таковым отнесены случаи продажи физлицом имущества, принадлежащего ему на праве собственности (пп. 2 п. 1 ст. 228 НК). При этом, как пояснил Минфин России в комментируемом Письме от 16 апреля 2012 г. N 03-04-05/8-511, под имуществом в данном случае следует понимать любое имущество физических лиц, которое принадлежит им на праве собственности, независимо от его вида (движимое или недвижимое).
В частности, в Письме от 11 апреля 2012 г. N 03-04-05/3-484 специалисты финансового ведомства указали, что индивидуальный предприниматель, от которого физические лица получают доход от продажи макулатуры, бутылок (стеклянных, пластмассовых), алюминиевых баночек, лома черных и цветных металлов, налоговым агентом по НДФЛ в отношении таких доходов не является. В свою очередь, это означает, что ему нет необходимости не только исчислять, удерживать и перечислять налог в бюджет, но и представлять в налоговую инспекцию справку 2-НДФЛ по таким доходам физлиц. Данная обязанность, подчеркивают чиновники, установлена ст. 230 Налогового кодекса только для налоговых агентов. Но можно ли рассуждать аналогичным образом, если ИП приобретает имущество у физического лица по договору комиссии? Именно такую ситуацию среди прочего разобрали эксперты Минфина в комментируемом Письме.
Финансисты обратились к положениям гражданского законодательства. Так, согласно п. 1 ст. 990 Гражданского кодекса по договору комиссии одна сторона (комиссионер) обязуется по поручению другой стороны (комитента) за вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счет комитента. При этом вещи, поступившие к комиссионеру от комитента, являются собственностью последнего (п. 1 ст. 996 ГК). Таким образом, если поручением по договору комиссии является продажа товара, то суммы полученные комиссионером при реализации имущества и переданные комитенту, являются не чем иным, как доходом последнего от продажи имущества. В отношении таковых же, как уже упоминалось, ст. 228 Налогового кодекса предусмотрена обязанность плательщика НДФЛ самостоятельно исчислить и уплатить в бюджет НДФЛ. Иными словами, индивидуальный предприниматель, выступающий комиссионером, налоговым агентом по НДФЛ в данном случае не признаются со всеми вытекающими последствиями.

Возврат НДФЛ по инициативе работодателя

Комментарий к Письму Минфина России от 16 апреля 2012 г. N 03-04-06/6-113

Вправе ли налоговый агент по НДФЛ самостоятельно вернуть налогоплательщику излишне удержанный НДФЛ с его доходов в связи с приобретением им в течение налогового периода статуса налогового резидента РФ?

По общему правилу ставка НДФЛ составляет 13 процентов. Однако в предусмотренных Налоговым кодексом случаях может применяться и иная ставка. В частности, доходы физлица от источников в Российской Федерации в случае, когда оно не обладает статусом налогового резидента, облагаются по ставке 30 процентов. При этом порядок определения налогового статуса физлица предполагает, что делать это нужно на каждую дату выплаты ему дохода и в течение года к доходам физлица могут применяться различные ставки НДФЛ (Письма Минфина России от 26 марта 2010 г. N 03-04-06/51, от 3 июля 2007 г. N 03-04-06-01/207). Вместе с тем в целом к доходам работника за налоговый период должна применяться единая ставка. Поэтому, как указывают представители Минфина, окончательно налоговый статус плательщика НДФЛ должен определяться на конец года либо после наступления момента, начиная с которого он уже не может снова поменяться (Письма Минфина России от 17 июля 2009 г. N 03-04-06-01/176, от 22 апреля 2009 г. N 03-04-06-01/105). При этом, если по итогам налогового периода налоговый статус сотрудника все же изменился, ранее исчисленный НДФЛ по "неверной" ставке подлежит пересчету.
Вполне понятно, что в зависимости от того, приобрел работник статус налогового резидента или утратил его, в рассматриваемой ситуации возможны два варианта: либо налог пересчитывается в сторону уменьшения (если работник приобрел статус налогового резидента), либо он корректируется в сторону увеличения (если работник утратил статус налогового резидента).
При этом в первом случае, очевидно, излишне удержанная сумма НДФЛ должна быть налогоплательщику возвращена. Однако если в свое время обязанность по возврату соответствующей суммы в подобной ситуации возлагалась на работодателя, то с начала 2011 г. его роль в этом процессе сведена к тому, чтобы уведомить сотрудника о наличии переплаты и ее размере в течение десяти рабочих дней с момента ее обнаружения данного факта (п. 6 ст. 6.1, абз. 2 п. 1 ст. 231 НК, Письмо Минфина России от 16 мая 2011 г. N 03-04-06/6-108).
Вместе с тем представители ФНС России в Письме от 9 июня 2011 г. N ЕД-4-3/9150 высказали мнение, что при определенных обстоятельствах вернуть НДФЛ налоговый агент может и самостоятельно. Эксперты налоговой службы сослались на разъяснения Минфина России от 18 апреля 2007 г. N 01-СШ/19, в которых, среди прочего, речь идет о том, что налогоплательщик может приобрести статус налогового резидента сразу после 3 июля соответствующего календарного года, если находится в России с начала такового, или чуть позже, если находится в РФ, например, с марта. Иными словами, налоговый статус может быть приобретен физлицом задолго до окончания налогового периода и при этом до окончания года уже не может быть утрачен. Исходя из этого, налоговики предположили, что если все 183 дня пребывания в России, необходимые для признания налоговым резидентом, налогоплательщик проработал в одной организации, то последняя вполне может по заявлению сотрудника не только пересчитать НДФЛ за предыдущие месяцы, но и вернуть его физлицу до окончания года.
Однако представители Минфина России в комментируемом Письме от 16 апреля 2012 г. N 03-04-06/6-113 указали, что приведенные разъяснения ФНС - не более чем запрос в финансовое ведомство, на который финансистами даны соответствующие разъяснения. Проще говоря, заниматься возвратом НДФЛ налогоплательщику при приобретении им статуса налогового резидента налоговому агенту "негоже".

Налоговики вправе назначить выездную проверку "переезжающей" компании

В ситуации, когда компания при переезде снимается с учета в одной инспекции и встает на учет в другой, Минфин считает законным назначение выездной проверки инспекцией по старому месту нахождения, если оно принято до внесения изменений в ЕГРЮЛ.
Письмо Минфина России от 23.03.2012 N 03-02-07/1-68

Все правильно - решение о проведении проверки выносят налоговики по месту нахождения организации (Пункт 2 ст. 89 НК РФ). И пока компанию не перерегистрировали, назначение проверки "старой" ИФНС вполне законно. И имейте в виду, что налоговики ситуации переезда мониторят очень тщательно, особенно если компания переезжает в отдаленный регион. "Миграция" между инспекциями даже включена в перечень критериев подозрительности компаний, повышающих риск назначения проверки (Пункт 10 Приложения N 2 к Приказу ФНС России от 14.10.2008 N ММ-3-2/467@).

О смене паспорта предприниматель налоговикам может не сообщать

Налоговики Саратовской области напоминают, что предприниматели теперь не должны заявлять о внесении изменений в ЕГРИП в случае смены паспортных данных (номера, места жительства и т.д.). Налоговики теперь сами получают данные об этих изменениях от Федеральной миграционной службы и при необходимости правят реестр (Пункт 4 ст. 5 Закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ).
www.r64.nalog.ru

Эти изменения вступили в силу еще в прошлом году, но предприниматели до сих пор при смене паспортных данных первым делом садятся писать заявление о внесении изменений в ЕГРИП, опасаясь штрафа в 5 тыс. руб. за опоздание с его подачей (Часть 3 ст. 14.25 КоАП РФ).
Кстати, послабление касается не только предпринимателей, но и компаний в части их учредителей (участников) или руководителя - при изменении паспортных данных или места жительства этих лиц компании также не обязаны заботиться о внесении корректировок в ЕГРЮЛ (Подпункт "в" п. 2 ст. 12, ч. 3 ст. 29 Закона от 27.07.2010 N 227-ФЗ).

У упрощенцев переведенные долги считаются оплаченными

Финансисты считают, что упрощенцы вправе считать оплаченными свои расходы после перевода долга на другую компанию. Соответственно, такие расходы можно учесть при исчислении налога, даже если с компанией, на которую переведен долг, вы еще не расплатились.
Письмо Минфина России от 23.03.2012 N 03-11-06/2/45

Минфин решил подойти к этому вопросу формально, что в данной ситуации упрощенцам оказалось выгодно. А именно: после перевода долга обязательство упрощенца перед кредитором прекращено, так как кредитору упрощенец уже ничего не должен. А раз оно прекращено, то в целях "упрощенной" главы считается оплаченным (Статья 346.17 НК РФ).
Заметим, что Минфин мог посчитать и иначе - до момента урегулирования отношений с принявшей на себя долг компанией упрощенец ничего учитывать не вправе. Ведь фактических затрат он еще не понес, а может, и не понесет вообще. Например, в ситуации, когда упрощенец просит другую компанию оплатить свои счета, финансисты считали, что для учета расходов он должен рассчитаться с новым кредитором (Письмо Минфина России от 12.10.2010 N 03-11-11/262).

КБК по НДФЛ для нерезидентов в этом году нет

УФНС по Омской области напоминает, что никакого отдельного КБК для уплаты НДФЛ с доходов нерезидентов (иностранных работников) в 2012 г. не предусмотрено. Весь налог налоговые агенты перечисляют на обычный КБК 182 1 01 02010 01 1000 110.
http://www.r55.nalog.ru/

Отметим, что Минфин и налоговая служба уже успокоили бухгалтеров - даже если вы случайно заплатили налог в новом году на старый КБК, налоговики "перекинут" ваш платеж (автоматом или в порядке уточнения) на новые, действующие с 2012 г., коды (Письмо Минфина России от 30.12.2011 N 02-04-09/6082).

"Безвозмездные" расходы можно учитывать при расчете налога на прибыль

Минфин по-прежнему считает, что для учета расходов при исчислении налога на прибыль фактический источник оплаты этих расходов в общем случае значения не имеет. Даже если расходы понесены за счет безвозмездной финансовой помощи от учредителя, которая в доходах не учитывалась (Подпункт 11 п. 1 ст. 251, ст. 270 НК РФ).
Письмо Минфина России от 20.03.2012 N 03-03-06/1/142

Налогоплательщик опасался, что Минфин будет более строг, и даже напомнил в запросе о старых разъяснениях ведомства по этой проблеме (Письма от 10.11.2006 N 03-03-04/1/751, от 27.03.2007 N 03-03-06/1/173), а заодно о положительной для себя судебной практике (Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53; ФАС СЗО от 12.04.2007 по делу N А56-13199/2006; ФАС ВВО от 28.08.2006 по делу N А29-13543/2005а; ФАС МО от 14.12.2005, 07.12.2005 N КА-А40/12147-05).
Как видите, тревога оказалась ложной.

Реклама арендуемого бренда - допустимый расход

По мнению Минфина, компания может относить на рекламные расходы также и расходы на рекламу бренда, который ей не принадлежит (Подпункт 28 п. 1 ст. 264 НК РФ). Например, на арендуемый товарный знак, при том что наименование самой компании в рекламе не указывается. Минфин считает, что в данном случае обоснованными являются:
- лицензионные платежи за использование товарного знака (бренда), если он размещается на товарах, при выполнении работ, оказании услуг, на документации, в рекламе и т.д. (Статья 1484 ГК РФ);
- расходы на его рекламу (без указания компании) при условии реализации товаров или услуг под его наименованием.
Письмо Минфина России от 29.02.2012 N 03-03-06/1/110

Обычно споры вызывает и зеркальная ситуация - товары рекламируются владельцем бренда, который в рекламе указывает конечных продавцов или места реализации своих товаров. Налоговики и тут сомневаются в обоснованности расходов, но решение наверняка будет в вашу пользу (См., например, Постановление ФАС МО от 24.11.2006, 01.12.2006 N КА-А40/11515-06).

Бухотчетность все могут сдавать в ИФНС в бумажном виде

ФНС сообщила, что представление бухгалтерской отчетности в налоговую инспекцию в электронном виде является правом, а не обязанностью компании (Пункт 6 ст. 13 Закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ).
Письмо ФНС России от 10.01.2012 N АС-4-3/10@

Из Письма ФНС не ясно, почему налоговики отказали компании в приеме бумажной отчетности, направленной по почте. Видимо, в целях "стимулирования" перехода на электронный оборот. Но факт остается фактом - вы вправе сдать такую отчетность в бумажном виде, даже если налоговую отчетность обязаны подавать исключительно в электронном виде.

Минфин и ФНС: ошибочный КБК можно уточнять

Финансисты сообщают, что при ошибочном указании в платежке КБК налогоплательщик вправе обратиться в инспекцию с заявлением об уточнении принадлежности платежа. Ведь КБК относится как раз к группе реквизитов, определяющих его принадлежность (Пункт 7 ст. 45 НК РФ). При этом НК РФ не предусмотрено, что неправильное указание КБК является основанием для признания обязанности по уплате налога неисполненной.
Письмо Минфина России от 29.03.2012 N 03-02-08/31

Важно, что сообщает такую информацию Минфин "с участием ФНС России". ФНС же, напомним, недавно также сообщала о праве налогоплательщиков уточнить платежки с ошибочными КБК. Но с существенной оговоркой - уточнение производится в пределах одного и того же налога (Письмо ФНС России от 22.12.2011 N ЗН-4-1/21889). Теперь тандем Минфин - ФНС такой оговорки не делает.